Возвращение

30.04.2011 01:41

 На днях в Чечню возвратилась группа беженцев из Польши. Мало волнует само возвращение: проблема эта давно потеряла своей актуальности. Другое дело, как вчерашние беженцы поступают при этом.

Первый вопрос телевизионщиков по приезду:

-А как там живут?

-Ой, вы знаете, голодают, умирают: кусок хлеба и сыра на день. И как друг – друга все ненавидят… Многие хотят домой…

Чем больше клеветы на оставшихся в Европе, на их образ жизни, тем лучше. Это плата за бесплатный проезд, охрану, горячее питание в пути. А если еще произнесешь и хвалу марионетке Кадырову, типа «Да будет доволен Рамзаном Аллах», то есть еще и надежда получить квартиру.

Слезливая встреча с оккупированной врагом родиной должна быть похожа на возвращение из Ада в Рай. Говорить надо а слезах, для большей чувственности. И под конец добавить «А как сказочно похорошел город!», и ты совсем облелеян новыми временными хозяевами.

И плевать хотела эта категория людей на то, свободная у тебя родина или оккупированная. Это такой пласт общества, который выживал при всех системах, при всех президентах. Самая мерзкая порода людей, раковая опухоль общества.

Облаяв оставшихся в европейских странах соотечественников, дающий интервью даже не задумывается над своим ничтожеством. Над тем, что сотни тысяч людей, родные и близкие 300 000 убиенных, не могут позволить себе довериться оккупантам, их сатрапам и ринуться обратно в омут испытаний, где нет конца и края людским страданиям.

Одни сидят в Иордании и просят прислать за ними самолет, других привозят на автобусах, устраивая на стыках границ танцы. Не лучшим образом ведут себя и оставшиеся за кордоном. Воют, ноют от тоски, сетуют на одиночество, а уехать так и не собираются. Есть среди них и известные люди. Охотно дают интервью кадыровским изданиям, слывут на родине «истинными патриотами», посылают заявки на концертные программы, делают свидетелями своей тоски и продажности, беспринципности миллионов людей. Эти играют на два фронта, хотят сделать так, чтобы не было проблем ни дома, ни в Европе. И плевать им на войну.

Все это в конечном итоге создает картину об одномастной стае чеченцев. Это соучастие в войне против собственного народа, которого хотят выставить пред остальным миром бесцельным, безыдейным.

По-другому это называется, выставить напоказ сломленный дух народа, свести на нет труд ы и жертвы многих.

Продажная часть чеченского общества говорит, не отличайтесь от нас, садитесь в нашу арбу, поучаствуйте в нашем хоре. Этим вызваны и бесконечные призывы к объединению.

Но кем бы вольные чеченцы стали в этой арбе? Путинскими клоунами, однообразной массой?

И уж совсем лучше было бы, если бы все недовольные вернулись в один день, одним рейсом, И на этом проблема была бы решена.

Кадыровцы не вырвут и одного процента из числа уехавших. И многим давно неинтересно, кто и куда возвращается, если это не связано с именами политиков и не делается публично, участвуя в пропагандистских шоу, в телезапорах, на страницах печати. Не говоря уже о том, сколько чеченцев стоят на границах европейских стран, в надежде укрыться от русского и кадыровского оккупационного режима. Число желающих покинуть родину в сотни раз превышает возвращающихся.

И еще одно в подтверждение этой же мысли. Об обманутых надеждах вернувшихся в Чечню вынужденных беженцах недавно писало издание «Кавказский узел», а еще за неделю до этого была информация о возвращающихся обратно в Грузию. Участь первых и последних не вызывает никакого сожаления, потому что уезжали в кадыровском караване, организованном на высшем пропагандистском уровне.

В большинстве своем, кто уезжал из Грузии, поехали за компенсацией, но вот теперь деньги кончились, квартир не дали и, кто выжил, попер обратно.

И плевать было этим людям по поводу того, на чью мельницу лили воду, когда с танцами и песнями совершали бросок на родину.

Почему некоторые из чеченцев так дотошны до этого процесса? Потому что это вопрос целенаправленного слияния и клонирования общества. Вольные чеченцы не желают быть и слыть рабами.

За определениями и призывами о единстве нации, о необходимости совместных мероприятий видится попытка сделать всех одномастными, подчинить единому вожаку, который повел бы послушное стадо в кремлевское стойло.

А возвращаться, между тем, каждый раз нужно к самому себе, чтобы проверить, как идет процесс выдавливания раба из себя.

Хасан Исраилов.

ИА DAYMOHK.